Милицейское танго [рассказы] - Дмитрий Анатольевич Горчев

После этого Валентина зачастила в его коммунальную комнату. Инженер Валентин мечтал построить в своей комнате паровоз из одних гвоздей и выехать на нём в первомай. Но мечта его не могла осуществиться из-за узости дверных проёмов и лестничной площадки. Валентин и Валентина часто читали друг другу художественные книги и готовились к будущей жизни, ведь Валентина была девушка.

Они поженились через два года при камвольном комбинате. Инженера спасти не удалось: он умер на руках у Валентины прямо на ступенях загса. Детей у них никогда не было.

Валентина заступила мастером на производство. На производстве она часто пела высоким девичьим голосом песнь о своей судьбе. Её ценили и не выпускали на пенсию, пока она не умерла.

После смерти у Валентины остались небольшие сбережения на сберкнижке и маленькая комната в Марьиной Роще, которая названа так в честь любви Валентина и Валентины.

Иногда в роще в память о них поют соловьи. А иногда не поют, но это уже никого не касается.

Моя последняя мама

Рассказ из иностранной жизни

Он осторожно ощупал своё новое лицо. Выковырнул ногтем засохшую за носовым крылом муху и посмотрел себя в зеркало. В зеркале было видно, что из всех его глаз по-прежнему текут густые слёзы. Он медленно опустился на пол внизу комнаты и, порывшись в нагрудном кармане («Грудь всегда расположена спереди», — напомнил он себе), достал губную гармошку Вельтмайстер — всё, что осталось от трофейного аккордеона его отца. ,

Издав на гармошке несколько мелодических трелей, он запел глубоким звучным голосом:

Мама! О моя мама!

Почему ты молчала о том, что я чёрный?

Почему ты столько лет молчала о том,

что я чёрный?

Мама, моя последняя мама.

Мама!

Зачем ты мне не сказала тогда?

Затем ты мне не сказала тогда,

что я чёрный?

О, если бы ты мне сказала тогда,

ты была бы жива до сих пор,

моя последняя мама.

Да, я знаю теперь, что я чёрный!

О, я как я знаю теперь, что я чёрный!

Моя последняя мама[1].

Закончив песню, он тщательно спрятал гармошку внутрь нагрудного кармана, распахнул руками окно и вспрыгнул на подоконник. Несколько секунд он колебался, стоя на самом краю: в небе собиралась — гроза, а внизу уже скопились полицейские машины.

Внезапная мысль посетила его: он проверил замок ширинки — замок был широко распахнут. «Хорошо!» — подумал он, доставая хуй. Через некоторое время снизу послышались обиженные выстрелы.

Он застегнул ширинку, ещё раз проверил лицо, оттолкнулся ногами от подоконника и полетел, задевая небоскрёбы своим широкополым плащом и шляпой.

«Мама, моя последняя мама», — успел он подумать незадолго перед тем, как пылающей ракетой вонзиться в трансформаторную подстанцию.

После этого его больше не видели.

Юмор

Пьеса в одном действии

На сцене писатель-юморист.

Писатель-юморист: ...и знаете, что он на это ответил? Ни за что не догадаетесь! Вы держитесь, пожалуйста, покрепче, а то вы сейчас упадёте все на пол, когда услышите, что он ответил. Готовы? Я вас предупреждал! Так вот, он ответил... Нет, я не могу!.. Я сам сейчас упаду! Давайте ещё раз. Приготовились! Готовы? Он ответил: «УПС!»

В зале тишина.

Писатель-юморист: То есть, понимаете, «упс», и всё!

Тишина.

Писатель-юморист (умоляюще). Там болонка была, так она двумя бультерьерами разродилась... Пожарная сигнализация сработала... в соседнем доме... Во всём квартале крыши снесло... А он говорит: «Упс!»

Тишина.

Писатель-юморист тоже замолкает и внимательно вглядывается в зал. Спускается со сцены и слегка трясёт зрителя в первом ряду за плечо. Зритель со стуком падает на пол, не разгибая ног. Писатель-юморист в ужасе отскакивает, но быстро приходит в себя и продолжает прежним юмористическим голосом.

Писатель-юморист: Да, кстати, нашу с вами встречу сегодня снимает Первый канал...

Замолкает. Подходит к оператору, машет у него перед лицом растопыренной ладонью.

Писатель-юморист: Это розыгрыш? А! Я понял!! Это программа «Розыгрыш»! Ну, вы, ребята, даёте! Ну подловили!

Тишина. Писатель-юморист тревожно озирается. Раздаётся громкий скрип: это встали все зрители, кроме лежащего на полу. Медленно переставляя не-гнущиеся ноги, они окружают писателя-юмориста.

Писатель-юморист: Вы что? Друзья! Вы что?!! ВЫ ЧТО?!!!

Круг смыкается. Слышно неразборчивое хлюпанье. Затем зрители расходятся и рассаживаются по своим местам. Там, где был писатель-юморист, не осталось никаких следов.

Зажигаются прожектора, звучит юмористическая музыка, и на сцену выходит другой писатель-юморист.

Другой писатель-юморист: Здравствуйте, дорогие друзья! Я долго думал, как начать наш вечер, и решил начать вот с чего...

Конец

Душа и Туловище

Пьеса

ДЕЙСТВИЕ ПЕРВОЕ

Туловище: Эй! (Молчание.) Эй!! (Молчание.) Эй, блядь, там!

Душа: Хули опять надо?

Туловище: Выпить надо. Глюкоза кончилась.

Душа: Иди нахуй.

Туловище: Я-то пойду. А мозги чем кормить?

Душа: Меня не ебёт. Твои мозги — ты и корми.

Туловище: Чем?

Душа: Чем хочешь. Картошка вон, капуста, не знаю.

Туловище: Ты мне, блядь, опилок ещё предложи! Организую тут у себя гидролизный заводец.

Душа: Отъебись, а? Я всё равно в этом нихуя не понимаю.

Туловище: А если сдохну?

Душа: Зассышь.

Туловище: Сука.

Душа: Мешок с говном.

Молчание.

Туловище: Ну вот скажи. Да, я мешок с говном, а ты вся такая воздушная. Ну хули ж ты выёбываешься? Чего хочешь-то?

Душа: Иди в жопу.

Туловище: Вот-вот. Сама не знаешь, чего хочешь. Потому и выёбываешься.

Душа: Всё равно не поймёшь.

Туловище: Да куда нам! Мы в небесных сферах не порхаем. Нам бы пожрать, посрать да попердеть. Да бабу.

Душа: Баба мне тоже нужна.

Туловище: Нам разные бабы нужны.

Душа: Опять про баб?

Туловище: Ну ёб твою мать! Выпить не дают, пожрать не дают, и про баб тоже нельзя! Чего можно-то?

Душа: Можно сидеть и не пиздеть.

Туловище: Слушай, ну ты как-то определись. Ну нельзя же так: то кормишь, то не кормишь, то поишь, то не поишь. Давай что-то одно. Хочешь в пустыню — пиздуй в пустыню, спи там в гробу.

Душа: С тобой, что ли, в пустыню?

Туловище: А что я?

Душа: На себя посмотри.

Туловище: Тоже мне, красавица. Жрать давай!

Душа: Иди нахуй.

Входят БЕСЫ.

Бесы: Где тут?

Душа и Туловище (хором). ААААААА-ААА!!! (Убегают.)

ДЕЙСТВИЕ СЕДЬМОЕ И ПОСЛЕДНЕЕ

Туловище: Гхы.

Душа: Чего там, уродина?

Туловище: Ухи хочется. Помираю я.

Душа: